Lil Mayer
Истина где-то рядом...
Она пришла из мира синих теней и рыжего снега.
Была новогодняя ночь, и вся столица сияла разноцветными огнями, разбавляющими ослепительно белый свет уличных фонарей. К чести Мосгорсвета, темноты в столице не наблюдалось уже лет десять. После перехода на энергосберегающие лампы – название-то какое смешное, а ведь когда-то они и вправду сберегали колоссальное количество энергии по сравнению с древними жёлтыми лампами накаливания; теперь же к ним уже все привыкли – так вот, после глобальной реформы электрификации освещение города развивалось бурными темпами. Москва – город быстрый и деловой, здесь каждый час на счету, даже в ночное время. Вот энергетики и расстарались для завсегдатаев развлекательных клубов да для рабочих ночной смены – все улицы были залиты ярким белым светом, имитирующим дневной. Ну а то, что неба не видно за неугасимым электрическим заревом – так какой дурак будет пялиться в ночное небо в центре мегаполиса?
Снега, кстати, несмотря на разгар зимы, тоже практически не было. Пережив грандиозный epic fail с разгоном облаков в 2009 году, метеорологи из свиты мэра сделали соответствующие выводы, затаились на целых семь лет, а затем вдруг выдали очередную сенсационную идею. На этот раз – сработало, и проблема снежных заносов и докучливых метелей исчезла для Москвы бесследно.
Поэтому когда она негромким проникновенным голосом заявила, что привыкла к оранжевым искрам и синим теням на белом снегу, её слова поначалу никто не принял всерьёз. Мало ли, какая городская чудачка прибилась к нашей компании, празднующей новый год во дворе на окраине города? Когда она позвала нас за собой, чтобы мы увидели всё своими глазами, шуточки и смех только усилились. Никто не ожидал ничего сверхъестественного, и четверо из нас, самые лёгкие на подъём и ещё достаточно трезвые, чтобы держаться на ногах, зашагали за ней по тропинке между гаражами, ведущей к реке...
Позже, наверное, каждый задавал себе этот вопрос: как же так случилось, что десять незнакомых между собой людей собрались в одном месте на праздник и общались, как старые друзья? Но в ту ночь всё казалось естественным, и никто не заподозрил подвоха. Вслед за молчаливой русоволосой незнакомкой в чёрном пальто мы вчетвером долго блуждали по закоулкам и трущобам, пока не осознали, что вокруг слишком темно даже для самых глухих городских окраин.
А потом появился снег.
Нет, конечно, это не Бог весть какое чудесное явление, в подмосковых полях его сколько угодно можно найти – каждый, кто ездил зимой за город на дачу, мог побродить по сугробам, но всё-таки это было редкое удовольствие, и некоторые из нас не видели снега уже лет пять, а уж в городе – тем более. Сверкающая белизна с непривычки резала глаза, а снежные шапки, покрывающие крыши, карнизы и автомобили, придавали окружающему миру смутный привкус сюрреалистичности. Но прекраснее всего были деревья – покрытые серебристым инеем, словно окутанные клубами хрупкого тумана. Казалось, тронь ветку – и она зазвенит десятком маленьких серебряных колокольчиков. Кто-то не удержался и тронул – на всех нас, стоящих под тем же деревом, осыпался ледяной душ из колких снежинок. Даже наша проводница расплылась в улыбке, наблюдая, как мы все прыгаем и вытряхиваем снег из-за шиворота.
Из тёмных подворотен мы вышли на набережную и зашагали вдоль широкой ленты реки, скованной льдом и тоже покрытой нетронутым снежным полотном. И вот тогда-то мы и поняли, что она говорила правду – вместо привычных белых прожекторов вдоль улицы протянулась цепочка круглых фонарей, источающих золотисто-рыжий свет. Наши тени, скользящие вслед за нами по волнам снега, дробились и плясали вокруг, стоило нам миновать очередной фонарь, и снег под ними приобретал глубокую прозрачную синеву. Безумная прогулка, безумие цвета и света... Ни одного прохожего, ни одного автомобиля не попалось нам на пути. Казалось, город вымер... нет, не вымер – уснул глубоким сном, впал в бессрочную спячку, покинутый своими обитателями. Даже на огромной площади перед краснокаменным Кремлём не было ни души. Ветер негромко посвистывал, разнося пригоршни снега с места на место, древние стены потрескивали от мороза, поскрипывал снег под нашими ногами. Старинный циферблат на главной башне показывал половину двенадцатого.
Мы остановились в центре площади, ближе к храму Василия Блаженного, разноцветные купола которого ещё не озарялись декоративной подсветкой. Наша проводница не сказала ни слова, просто стояла и смотрела вдаль и вверх, на алые звёзды Кремля и – дальше – в тёмную бездну ночного неба.
Да... только здесь, в каких-то невообразимых временах и пространствах (никто уже не сомневался, что мы покинули привычный нам мир), мы вдруг поняли – вернее, почувствовали некой спящей частью сознания, вероятно, именуемой «душой» - чего так не хватало в нашей цивилизованной, безопасной, удобной жизни. Приглушённый свет рыжих уличных фонарей уже не достигал площади, и их тусклое зарево не могло закрыть он наших глаз звёздную россыпь неба. Казалось, сам Космос внезапно спустился на Землю и строго уставился на своих непутёвых детей, спрятавшихся от него за неоновыми вывесками и слепящими прожекторами. Это было больно, пугающе, странно, но вместе с этим – невообразимо прекрасно.
...Вероятно, мы слишком увлеклись разглядыванием звёздного неба, потому что никто не заметил как на площади неподалёку от нас появилась ещё одна человеческая фигура – высокая светловолосая девушка в белом плаще, с непокрытой головой. Наша проводница сделала неколько шагов ей навстречу, и они обменялись дружелюбными улыбками.
- Какими ветрами тебя сюда занесло?
- Да вот, выполняю одну просьбу, - голос незнакомки оказался тих, но звонок. – Одна женщина в юности потеряла веру в чудо как раз в новогоднюю ночь 2010-го. Меня попросили разыскать её и вернуть...
«Что за ерунда? Разве можно вот так просто найти чужую веру, будто оторванную пуговицу?» - думали мы, слушая разговор. Но вмешаться никто не решился.
- Удачных тебе поисков, - наша знакомая повозилась с застёжкой под воротником и что-то сняла с шеи – лишь блестнула цепочка, когда она передавала это светловолосой. – Пускай проводник тебе поможет.
- Спасибо, - незнакомка бережно спрятала вещицу в карман плаща и с любопытством оглядела нас. – А что ты здесь делаешь и... кто это с тобой?
- Это те, кого позвал их внутренний путь. Ты же знаешь, таких сейчас осталось немного. Я отыскиваю тех, кто так и не раскрыл в себе эту возможность, и даю им второй шанс. В этом году – четверо из десяти потенциальных. Знаешь... неплохой результат. Я рассчитывала, что удастся вывести за предел хотя бы одного, а тут целая компания. Может быть, человечество потихоньку поднимается на ноги...
- Вот здорово! – светловолосая рассмеялась и захлопала в ладоши, как маленькая девочка. - Ну я поспешу, мне обязательно нужно справиться до Нового Года.
Девушки обнялись на прощание, и онезнакомка в белом плаще быстро затерялась в лабиринте снежных улиц. Мы же, как завороженные, стояли на площади – вдыхали холодный воздух, пахнущий снегом и морозом, слушали живую, поскрипывающую тишину, неотрывно впитывали глазами мерцание далёких, но таких заманчивых звёзд. Вряд ли кто-то из нас помнил в тот момент даже своё имя. Когда раздался первый протяжный и гулкий удар курантов, мы растворились в его пронзительной вибрации, ветер подхватил нас, смешал в одно и размёл сверкающей пылью над спящим городом синих теней и рыжих фонарей...

Я вчера видела того долговязого студента из новогоднего сна. Честно говоря, когда я проснулась первого января в своей постели, то не нашла в себе мужества признать всё увиденное реальностью. Но разве может присниться такой удивительный и красивый сон обычной девчонке, которая с детства носу не высовывала из мегаполиса? А вчера, выбирая в магазине подарки родне к восьмому марта, я вдруг увидела у соседней витрины его – одного из трёх моих спутников в невероятном путешествии в спящий город. Мы случайно пересеклись взглядами и – клянусь! – я увидела в его глазах звёздное небо. Я пока не знаю, каким образом, но я хочу разыскать его и других двоих, и когда-нибудь обязательно отправиться путешествовать. Говорят, в горах Тибета осталось полно неисследованных мест, а в районе Бермудского треугольника по-прежнему загадочным образом пропадают корабли – в общем, загадок на наш век найдётся немало. А главное – я хочу, чтобы каждую ночь я могла поднять глаза к небу и увидеть мерцание звёзд.
Да, кстати, моя тётушка, папина сестра, с нового года решила начать новую жизнь и заделалась детской писательницей. Через неделю выходит уже второй сборник её сказок. Помню, она как-то говорила, что чувствует, будто проснулась от многолетнего сна и снова стала маленькой девочкой в душе. А я вот всё думаю – наверное, та волшебница в белом плаще просто успела до боя курантов найти и вернуть хозяйке детскую веру в чудо...

Завершено.